Лицо женщины выражало только удивление.
- А где он был? На улице Джефферсона?
- Нет, - буркнул Бартон. - Здесь, на Мэйн-стрит. На том месте, где я сейчас стою. Удивление сменилось страхом.
- Не понимаю. Я живу здесь с детства, моя семья поставила этот дом и основала магазин еще в восемьсот девяносто девятом году. Я живу здесь всю свою жизнь.
Бартон попятился к двери.
- Понимаю... - пробормотал он.
Обеспокоенная хозяйка магазина шла за ним следом.
- Может, вы перепутали место? Может, вам нужно в другой город? Когда, вы сказали...
Ее голос умолк, когда Бартон оказался на улице. Подойдя к дорожному указателю, он машинально прочел на нем: улица Джефферсона.
Значит, это не Мэйн-стрит, он перепутал улицы. Надежда вновь ожила в его душе: да, он просто перепутал улицы. Магазин Дойла был на Мэйн-стрит, а это улица Джефферсона. Бартон быстро огляделся: где может быть Мэйн-стрит? Он пошел сначала медленно, потом все быстрее, повернул за угол и оказался в небольшом переулке, где по обе стороны стояли угрюмые бары, дешевые меблирашки и табачные лавки.
Бартон остановил первого же прохожего.
- Где здесь Мэйн-стрит? - нетерпеливо бросил он. - Я ищу Мэйн-стрит.
Худое вытянутое лицо прохожего отразило явную подозрительность.
- Отстаньте, - сказал он и быстро зашагал прочь. Какой-то пьяный бродяга, подпиравший сожженную солнцем стену бара, громко рассмеялся.
Бартон споткнулся от страха. Он остановил еще одного человека - молодую девушку, спешившую с каким-то пакетом под мышкой.
- Мэйн-стрит! - выдавил он. - Где Мэйн-стрит? Девушка рассмеялась и быстро прошла мимо. Метрах в десяти остановилась и крикнула:
- Здесь нет такой улицы!
- Нет здесь никакой Мэйн-стрит, - буркнула пожилая женщина, качая головой, другие поддержали ее, даже не замедляя хода.
Пьяный снова засмеялся, а потом рыгнул.
- Нет Мэйн-стрит, - с трудом выговорил он.