- Потом, - буркнул Тэд Бартон. Опустив стекло, он смотрел вперед, и на лице его отчетливо читалось возбуждение. Слова жены не произвели на него никакого впечатления. Все его внимание сосредоточилось на дороге, стелющейся перед ними, а точнее, на том что он ожидал увидеть за холмами. - Уже недалеко, - добавил он, помолчав.

- Черт возьми тебя и этот твой город!

- Интересно, как он сейчас выглядит. Знаешь, Пег, прошло уже восемнадцать лет. Мне было всего девять, когда наша семья переехала в Ричмонд. Интересно, вспомнит ли меня кто-нибудь? Старая учительница, мисс Бейнс, негр-садовник, ухаживавший за нашим имением, доктор Долан... Да и все остальные тоже.

- Наверное, все уже умерли. - Пег выпрямилась и нервно дернула расстегнутый воротник блузки. Слипшиеся от пота пряди волос облепили ее шею; капли пота стекали по светлой коже груди. Она сняла туфли и чулки, закатала рукава; юбка вся пропылилась. Вокруг машины жужжали мухи, одна из них села на плечо женщины, и Пег со злостью прихлопнула ее. Что за дикая идея - провести здесь отпуск! С тем же успехом они могли бы остаться в Нью-Йорке. Там хоть есть что выпить.

Холмы перед ними начали стремительно расти, "паккард" притормозил, потом поехал быстрее, когда Бартон переключил скорость. Огромные вершины рисовались на фоне неба, напоминая Аппалачи. Бартон восхищенно смотрел на леса и горы, на долины и перевалы, которые уже не надеялся больше увидеть.

- Миллгейт лежит на дне небольшой долины, - буркнул он, - и со всех сторон его окружают горы. Это единственная дорога туда, разве что с тех пор проложили другие. Это небольшой город, дорогая. Сонный, как и все прочие в этом роде. Два москательных магазина, аптеки...

- А бары? Есть там хоть один порядочный бар?

- В нем всего несколько тысяч жителей. Машин мало, окрестные фермы - так себе. Земля здесь каменистая, зимой все закрывает снег, а летом - жуткая жара.

- Тэд, у меня, кажется, начнется автомобильная болезнь.